13 Августа 2025
Интервью
ДМИТРИЙ БЕЛЯЕВ: "ПОСЛЕ ПЕРЕХОДА В ГЛАВНЫЕ АРБИТРЫ СУДЕЙСТВО ЗАХВАТИЛО МЕНЯ ПОЛНОСТЬЮ"
Беляев, отыграв семь сезонов в первой лиге чемпионата России и завершив карьеру, мог остаться без хоккея. Он работал в строительном магазине и менеджером по продажам, каждый день ходил в офис. «Как-то сидел и думал, чем еще можно заняться. Так и возникла идея стать судьей», – вспоминал он. Сначала Беляев судил на линии. Но уже через несколько месяцев ушел в главные и уже дошел до матчей Кубка Гагарина, которые впервые отсудил в прошлом сезоне.
– Вы родились в Усть-Каменогорске?
– Да. Помню, как в 7-8 лет одни, без родителей, ездили в 6 утра на тренировки. У нас были огромные зеленые рюкзаки для формы. И вот мы с ними и с клюшками лезли в автобус. Другие люди смотрели на нас, как на сумасшедших. Конечно, они понимали, что мы хоккеисты, едем на занятие. Но дискомфорт остальным пассажирам мы доставляли сильный.
Вообще Усть-Каменогорск – город маленький. Кроме как хоккеем заниматься там особо нечем. Я пришел в школу в 1995 году. Тогда у нас еще был настоящий хоккейный бум. Только-только уехали Виталий Еремеев, Евгений Набоков, Игорь Земляной, Андрей Соколов, братья Корешковы, Михаил Бородулин, Константин Шафранов и другие известные мастера. Но на подходе уже были другие – Виталий Колесник, Дмитрий Уппер, Анатолий Филатов, Федор Полищук, Сергей Александров.
– Ваш дядя в те годы работал хоккейным тренером?
– Да, Владимир Николаевич Беляев – заслуженный тренер Республики Казахстан. Это тоже сыграло роль в моем приходе в этот вид спорта. Кстати, его сын – мой троюродный брат, достаточно известный в прошлом центральный нападающий Максим Беляев, поиграл еще в Суперлиге за «Салават Юлаев» и «Ладу». Когда я попал в ВХЛ он как раз заканчивал карьеру, играл в Усть-Каменогорске. Помню, судил пару матчей с его участием.
– Как вы в 2004 году оказались в Воронеже?
– Семья переехала туда на постоянное место жительства. Мне было 16 лет. Помню, пришел на стадион, представился, рассказал о себе, сказал, что хочу играть в ХК «Воронеж». Усть-каменогорская школа хоккея котируется высоко. Наверное, в том числе поэтому мне сказали приходить на следующий день с формой. Тогда в клубе шла перестройка. ХК «Воронеж» переходил из Высшей лиги в первую. Много играли с фарм-клубами ЦСКА, «Динамо», «Спартака». Особенно тяжело было против «армейцев», за которых выступали Сергей Широков, Денис Паршин, Михаил Анисин.
– В первой лиге за «Воронеж», «Тамбов» и усть-каменогорское «Торпедо» вы отыграли семь сезонов. Почему не удалось подняться на уровень выше?
– Мне кажется, в то время я не совсем серьезно относился к хоккею. Для меня это была не будущая профессия, а развлечение – потренировался и ушел. А чтобы пробиться на самый верх нужен другой подход. Увы, не оказалось рядом опытного человека, который обратил бы мое внимание на это, подсказал бы, над чем работать. В то же время, оглядываясь назад, могу сказать, что я не жалею об окончании карьеры. Судить мне нравится намного больше.
– Как приняли решение закончить?
– В 2010 году в Воронеж приехал работать известный тренер Виктор Семыкин, который возглавлял местный клуб еще в 1980-е, а до этого много лет играл и тренировал как раз в Усть-Каменогорске. При нем на предсезонке шла очень большая ротация. На каждом сборе было 25-30 новых человек. Каждый день кто-то приезжал, кто-то уезжал. Я делал все, чтобы попасть в состав, но тренер решил по-своему и предложил поехать в соседний Тамбов. Там я отыграл половину сезона и понял, что пора заканчивать. Играть на этом уровне и дальше я не видел смысла. Нужно было искать себя в чем-то другом. Пробовал работать продавцом в строительном магазине. Но в один прекрасный день решил собрать вещи и уехать в Москву. В Воронеже меня особо ничего не держало.
– Чем занялись в столице?
– Устроился менеджером по продажам, каждый будний день ходил в офис. Нравилось не очень. Рутина. К тому моменту без хоккея был уже два года. И вот как-то сидел и думал, чем еще можно заняться. Так и возникла идея стать судьей, хотя раньше подобные мысли даже не мелькали. Сел за компьютер, набрал «хоккейное судейство». Через три звонка вышел на Игоря Светилова. Приехал к нему в Федерацию хоккея Москвы на собеседование. В течение недели он направил меня на каток «Серебряные акулы», где я практиковался – вел протоколы и смотрел, как работают судьи на льду. Спустя две-три недели я уже сам вышел на площадку. Поначалу судил только по выходным. По будням продолжал работать в офисе. Честно говоря, мне не очень нравилось. Не понимал смысла работы линейного арбитра. Но через пару месяцев Игорь Валерьевич сказал, что мне стоит перейти в главные. Дело в том, что тогда в МХЛ лайнсмены работали только в своем регионе. И в Москве они судили до 25 лет. А мне уже было 24. Так я начал трудиться в другой роли. И тогда судейство захватило меня полностью. Совсем другие ощущения, эмоции, градус, вовлеченность. Скоро я уволился с работы и стал судить все возможные соревнования. Получалось, что на первенстве Москвы я судил по 250-300 матчей за сезон. Плюс турниры любителей в самых высших дивизионах «Мастер» и «Бриллиант». Когда у арбитра такой объем, уже через год он становится готовым судьей для МХЛ.
Я очень благодарен Игорю Валерьевичу. Он внес большой вклад и в мое развитие, и в развитие многих других судей, работающих в КХЛ, МХЛ и ВХЛ. Его постоянные разборы игр, звонки, советы, семинары очень помогали.
В начале карьеры на профессиональном уровне забавная история случилась при перелете в Хабаровск. Рейс задержали, прилетел в город в 10 утра, а матч в 13. Сразу после тяжелого 8-часового перелета отправился на стадион. Конечно, было тяжеловато, тем более тогда главный судья в МХЛ еще был один. Но сказал себе, что надо собраться и отработать по максимуму. К тому же игру показывали по КХЛ ТВ, что в то время случалось не так часто.
Вообще с удовольствием вспоминаю время в МХЛ, где работал с 2014 года. Особенно в МХЛ Б. Было много веселых моментов. Завтраки на заправочных станциях, проживание на базах клубов. Сейчас это кажется малореальным, а тогда было нормой жизни. В Молодежной лиге много эмоций. По-моему, в те годы некоторых игроков возможность подраться интересовала даже больше, чем игра в хоккей.
Мне нравилось работать и в МХЛ, и ВХЛ. В Молодежной лиге за четыре сезона два раза судил финал. Во Всероссийской – три решающих серии. Но КХЛ, конечно, особая тема.
– Как попали в главную лигу страны?
– В 2021 году отработал финал ВХЛ, и главный арбитр лиги Михаил Карпушин сказал, что следующие сборы у нашей бригады, возможно, будут в другой лиге. В принципе, уже тогда многое стало понятно. Поэтому, когда пришел официальный вызов, я не удивился.
На сборах застал иностранных судей. Было интересно познакомиться, пообщаться. Ну и, конечно, усиленно наблюдал за нашими известными арбитрами, за плечами которых и Олимпиады, и чемпионаты мира, и финалы Кубков Гагарина. В первом сезоне в КХЛ я, правда, провел всего четыре матча, но в любом случае получил большой опыт.
Полная версия интервью - на официальном сайте КХЛ
Заглавное фото - Григорий Соколов
– Вы родились в Усть-Каменогорске?
– Да. Помню, как в 7-8 лет одни, без родителей, ездили в 6 утра на тренировки. У нас были огромные зеленые рюкзаки для формы. И вот мы с ними и с клюшками лезли в автобус. Другие люди смотрели на нас, как на сумасшедших. Конечно, они понимали, что мы хоккеисты, едем на занятие. Но дискомфорт остальным пассажирам мы доставляли сильный.
Вообще Усть-Каменогорск – город маленький. Кроме как хоккеем заниматься там особо нечем. Я пришел в школу в 1995 году. Тогда у нас еще был настоящий хоккейный бум. Только-только уехали Виталий Еремеев, Евгений Набоков, Игорь Земляной, Андрей Соколов, братья Корешковы, Михаил Бородулин, Константин Шафранов и другие известные мастера. Но на подходе уже были другие – Виталий Колесник, Дмитрий Уппер, Анатолий Филатов, Федор Полищук, Сергей Александров.
– Ваш дядя в те годы работал хоккейным тренером?
– Да, Владимир Николаевич Беляев – заслуженный тренер Республики Казахстан. Это тоже сыграло роль в моем приходе в этот вид спорта. Кстати, его сын – мой троюродный брат, достаточно известный в прошлом центральный нападающий Максим Беляев, поиграл еще в Суперлиге за «Салават Юлаев» и «Ладу». Когда я попал в ВХЛ он как раз заканчивал карьеру, играл в Усть-Каменогорске. Помню, судил пару матчей с его участием.
– Как вы в 2004 году оказались в Воронеже?
– Семья переехала туда на постоянное место жительства. Мне было 16 лет. Помню, пришел на стадион, представился, рассказал о себе, сказал, что хочу играть в ХК «Воронеж». Усть-каменогорская школа хоккея котируется высоко. Наверное, в том числе поэтому мне сказали приходить на следующий день с формой. Тогда в клубе шла перестройка. ХК «Воронеж» переходил из Высшей лиги в первую. Много играли с фарм-клубами ЦСКА, «Динамо», «Спартака». Особенно тяжело было против «армейцев», за которых выступали Сергей Широков, Денис Паршин, Михаил Анисин.
– В первой лиге за «Воронеж», «Тамбов» и усть-каменогорское «Торпедо» вы отыграли семь сезонов. Почему не удалось подняться на уровень выше?
– Мне кажется, в то время я не совсем серьезно относился к хоккею. Для меня это была не будущая профессия, а развлечение – потренировался и ушел. А чтобы пробиться на самый верх нужен другой подход. Увы, не оказалось рядом опытного человека, который обратил бы мое внимание на это, подсказал бы, над чем работать. В то же время, оглядываясь назад, могу сказать, что я не жалею об окончании карьеры. Судить мне нравится намного больше.
– Как приняли решение закончить?
– В 2010 году в Воронеж приехал работать известный тренер Виктор Семыкин, который возглавлял местный клуб еще в 1980-е, а до этого много лет играл и тренировал как раз в Усть-Каменогорске. При нем на предсезонке шла очень большая ротация. На каждом сборе было 25-30 новых человек. Каждый день кто-то приезжал, кто-то уезжал. Я делал все, чтобы попасть в состав, но тренер решил по-своему и предложил поехать в соседний Тамбов. Там я отыграл половину сезона и понял, что пора заканчивать. Играть на этом уровне и дальше я не видел смысла. Нужно было искать себя в чем-то другом. Пробовал работать продавцом в строительном магазине. Но в один прекрасный день решил собрать вещи и уехать в Москву. В Воронеже меня особо ничего не держало.
– Чем занялись в столице?
– Устроился менеджером по продажам, каждый будний день ходил в офис. Нравилось не очень. Рутина. К тому моменту без хоккея был уже два года. И вот как-то сидел и думал, чем еще можно заняться. Так и возникла идея стать судьей, хотя раньше подобные мысли даже не мелькали. Сел за компьютер, набрал «хоккейное судейство». Через три звонка вышел на Игоря Светилова. Приехал к нему в Федерацию хоккея Москвы на собеседование. В течение недели он направил меня на каток «Серебряные акулы», где я практиковался – вел протоколы и смотрел, как работают судьи на льду. Спустя две-три недели я уже сам вышел на площадку. Поначалу судил только по выходным. По будням продолжал работать в офисе. Честно говоря, мне не очень нравилось. Не понимал смысла работы линейного арбитра. Но через пару месяцев Игорь Валерьевич сказал, что мне стоит перейти в главные. Дело в том, что тогда в МХЛ лайнсмены работали только в своем регионе. И в Москве они судили до 25 лет. А мне уже было 24. Так я начал трудиться в другой роли. И тогда судейство захватило меня полностью. Совсем другие ощущения, эмоции, градус, вовлеченность. Скоро я уволился с работы и стал судить все возможные соревнования. Получалось, что на первенстве Москвы я судил по 250-300 матчей за сезон. Плюс турниры любителей в самых высших дивизионах «Мастер» и «Бриллиант». Когда у арбитра такой объем, уже через год он становится готовым судьей для МХЛ.
Я очень благодарен Игорю Валерьевичу. Он внес большой вклад и в мое развитие, и в развитие многих других судей, работающих в КХЛ, МХЛ и ВХЛ. Его постоянные разборы игр, звонки, советы, семинары очень помогали.
В начале карьеры на профессиональном уровне забавная история случилась при перелете в Хабаровск. Рейс задержали, прилетел в город в 10 утра, а матч в 13. Сразу после тяжелого 8-часового перелета отправился на стадион. Конечно, было тяжеловато, тем более тогда главный судья в МХЛ еще был один. Но сказал себе, что надо собраться и отработать по максимуму. К тому же игру показывали по КХЛ ТВ, что в то время случалось не так часто.
Вообще с удовольствием вспоминаю время в МХЛ, где работал с 2014 года. Особенно в МХЛ Б. Было много веселых моментов. Завтраки на заправочных станциях, проживание на базах клубов. Сейчас это кажется малореальным, а тогда было нормой жизни. В Молодежной лиге много эмоций. По-моему, в те годы некоторых игроков возможность подраться интересовала даже больше, чем игра в хоккей.
Мне нравилось работать и в МХЛ, и ВХЛ. В Молодежной лиге за четыре сезона два раза судил финал. Во Всероссийской – три решающих серии. Но КХЛ, конечно, особая тема.
– Как попали в главную лигу страны?
– В 2021 году отработал финал ВХЛ, и главный арбитр лиги Михаил Карпушин сказал, что следующие сборы у нашей бригады, возможно, будут в другой лиге. В принципе, уже тогда многое стало понятно. Поэтому, когда пришел официальный вызов, я не удивился.
На сборах застал иностранных судей. Было интересно познакомиться, пообщаться. Ну и, конечно, усиленно наблюдал за нашими известными арбитрами, за плечами которых и Олимпиады, и чемпионаты мира, и финалы Кубков Гагарина. В первом сезоне в КХЛ я, правда, провел всего четыре матча, но в любом случае получил большой опыт.
Полная версия интервью - на официальном сайте КХЛ
Заглавное фото - Григорий Соколов
